RAVEN'S HOLLOW

Бархатные сумерки опускаются на забытую тропу, где задерживаются тени и пускают корни тайны. «Воронья лощина» открывается резким шёпотом апельсина и чернильной кожицей чёрной сливы, после чего композиция быстро переходит к сердцу из дымной мирры, сушёного инжира и лабданума — насыщенному, древнему и призрачно-сладкому. В самой глубине обугленный уд сплетается с чёрной амброй и влажным лесным мхом, вызывая запах земли, которую слишком долго никто не тревожил. Это аромат, окутанный преданиями, — тёмный, смолистый и изысканно зловещий.